Художественный музей Калуги

Калужский областной музей изобразительных искусств

 Калужский музей изобразительных искусств – одно из ведущих государственных учреждений культуры в калужском регионе основан в 1917 году.
Калужский областной художественный музей своим созданием в июне 1918 года обязан бескорыстному дару калужского коллекционера и мецената Никанора Ивановича Васильева. На основе его завещания, составленного в декабре 1905 года в городе Калуге в лице земства передавались художественная коллекция, капитал в банке и дом для создания в нем художественного училища и при нем художественного музея. «Вместе с домом и землею завещаю находящиеся в доме художественные предметы, а именно: картины, мраморные и бронзовые статуи по особо мною составленной описи, которые должны послужить к устройству художественного музея и при нем художественно-промышленных классов»
.


Музей занимает главный дом и флигели городской усадьбы купца И. Х. Билибина, постройки 1809-1810 год, позже принадлежавшей купцам Чистоклетовым. Ансамбль возведен и украшен декоративной лепкой, а также росписью в стиле русского классицизма. Служит одним из лучших его образцов в городе  Калуге.  Один из лучших классицистических особняков города Калуги. Как и дом краеведческого музея, он примечателен сохранившимися интерьерами с лепниной и фресками.  Усадьба представляет собой комплекс из главного здания, двух симметричных флигелей, парадных ворот и хозяйственных построек. Оригинальна отделка и роспись фасада: шесть колонн тосканского ордера выделяют центральную часть второго этажа. Изящные балясины между колоннами имитируют ограждение балкона, а великолепные лепные аллегории живописи, скульптуры и архитектуры украшают пространство между капителями. Внутренняя отделка и сам комплекс дошли до наших дней без существенных изменений. В убранстве парадных комнат основную роль играет роспись потолков и широких фризов стен, а также декоративные колонны.В залах музея можно увидеть полотна Левицкого, Саврасова, Шишкина, Поленова, Васнецова, Сурикова, Левитана и других известных художников.Для организации музея передавалась коллекция, которая включала 77 произведений живописи и графики русской и ряда западноевропейских школ, мраморную и бронзовую скульптуру (11) и фарфоровую пластику (3) — всего 91 произведение, а также небольшую библиотеку по искусству. Характер собрания отражал вкус и возможности собирателя. Почти половину живописных работ составляли произведения художников русской школы: И. К. Айвазовского, А. П. Боголюбова, Л. Ф. Лагорио, И. И. Шишкина, Н. Н. Дубовского, В. Е. Маковского, И. М. Прянишникова и др. Западноевропейская часть собрания включала произведения итальянских, французских, голландских, бельгийских, немецких художников и скульпторов XVI-XIX вв., среди которых были произведения таких авторов, как Карло Чиньяни, Ж. Р. Браскасса, Э. Ф. В. Делакруа, Р. ван Тройен, Н. Ланкре (?), Ж. Ф. Ж. Свебах, Э. М. Балле, и ряда других. Из всего завещанного это было самым ценным даром городу.Содержать художественно-промышленное училище и музей следовало на проценты с завещанного капитала, заключавшегося в ценных бумагах: закладных листах Московского и Нижегородского земельных банков на общую сумму 76 тысяч рублей и билетах четырехпроцентной государственной ренты на номинальную сумму 140 тысяч рублей. Дом с флигелями был оценен на сумму 20 тысяч рублей. Все это должно было обеспечить безбедное существование училища и музея.Никанор Иванович Васильев умер 5 марта 1917 года в возрасте 84 лет. Калужская губернская земская управа в соответствии с установленным порядком судопроизводства только 9 (22) ноября 1917 года была введена во владение завещанным имуществом и могла приступить к организации училища и музея. Но ход исторических событий все изменил. После установления в городе Калуге советской власти дом и коллекция, которые уже были собственностью города в лице земства, были национализированы, как и капитал, предназначенный на содержание училища и музея. После 1917 года  воля покойного ничего не значила, а из всего задуманного Никанором  Ивановичем Васильевым только одному суждено было осуществиться: его собрание и дом послужили основанием для создания в городе Калуге художественного музея.Он был открыт для публики 12 июня 1918 года под названием «Советская картинная галерея», где экспонировались произведения из коллекции Никанора Ивановича Васильева. Эта дата считается днем основания Калужского областного художественного музея.Открытие галереи с произведениями русской и западноевропейской живописи, графики и скульптуры было знаменательным событием в культурной жизни города. Для провинциальной Калуги тех лет открывшийся музей в доме Никанора Ивановича Васильева стал калужскими «Третьяковкой» и Эрмитажем одновременно. Здесь многие калужане впервые смогли познакомиться с русской и мировой художественной классикой, для многих галерея стала окном в мир искусства.

В октябре 1918 года в городе  Калуге был создан в составе губернского отдела народного образования подотдел по делам музеев и охране памятников искусства и старины, народного быта и природы (губмузей). Он занимался обследованием особняков Калуги и дворянских имений Калужской губернии и вывозом культурных ценностей из них. Вывозимые художественные, исторические и книжные ценности поступали в Калужское отделение музейного фонда, которое находилось в ведении губмузея, а затем им распределялись между музеями города. Первая половина XIX в. — время расцвета русского изобразительного искусства. Гибкий, несколько прозаичный живописный язык» использует в портретах супругов Бельченко В.А.Тропинин, а портрет калужанки Е.В.Мешкоюй о многом является предтечей реалистической концепции портрета. Жанр типологического портрета представлен произведениями К.Флавицкого «Портрет итальянки» и А. Максимова «Девушка со снопом».Творчество художников-передвижников представляют работы А.К. Саврасова «Волга», В.Д.Поленова «Жуковка на Клязьме», И.И.Шишкина «Берег моря»/ В собрании хранятся девять работ Н.А.Ярошенко, в т.ч. знаменитая«Курсистка».  В коллекции музея — жанровые картины «Родительская радость» К.В.Лемоха и «Опять провалился» АМ.Корина.Виртуозная импрессионистская манера письма характеризует произведения К.Коровина, в частности его знаменитые «Зимние сумерки». Художники С.Жуковский, Л.Туржанский, К.Юон разрабатывают стилистику пейзажа-пленера. Среди произведений художников советского периода следует отметить натюрморты кисти И.Машкова и Б.Кустодиева, пейзажи С.Герасимова и Н.Ромадина, акварели А.Фонвизина, «Портрет В.Д. Богдановой» П.Д.Корина. Итальянскую живопись эпохи Возрождения представляет работа венецианского художника XVI в. «Святой Иероним». «Мадонну с щегленком» часто связывают с оригиналом Лоренцо ди Креди, приписывая нидерландскому имитатору. Об итальянской живописи эпохи барокко можно судить по картине Б.Строцци «Аллегория математики». Искусство голландских мастеров XVII в. представляют известные художники А.Паламедес («Портрет дамы в черном»), И.К.Дрохслот («Вифезда»), А. ван Бейерен («Фрукты»). В музей были переданы разрозненные части национализированных частных коллекций из усадеб Тарусского, Мещовского, Козельского уездов Калужской губернии. Наиболее значительной по своему качественному и количественному составу явилась коллекция князей Горчаковых из имения Барятино Тарусского уезда ("Мадонна со щегленком" неизвестного итальянского художника конца ХV - начала XVI в., "Овечки" Б.П.Оммеганка. Из имения Деляновых Железники поступили фамильные портреты кисти И.Б.Лампи и серия пастельных портретов К.-В.Барду, из Полотняного Завода - портреты В.А.Бибиковой (урожденной Гончаровой) и И.Б. Бибикова. Поступления из губмузея стали основным источником пополнения собрания музея с октября 1918 года по апрель 1922 года Наибольшее количество произведений искусства поступило из имений «Железняки» князей Голицыных (портреты К. В. Барду и И. Б. Лампи-старшего); «Грабцево» князей Кантакузенов (западноевропейская живопись и скульптура); «Борятино» князей Горчаковых (западноевропейская живопись и графика); портреты из имений «Полотняный Завод» Гончаровых, «Нижние Прыски» Кашкиных и ряда других имений. Из имения «Степановское», принадлежавшего Е. П. Ярошенко, невестке известного художника Н. А. Ярошенко, поступила ценная коллекция русской и западноевропейской живописи, собранная владельцами, в том числе и 10 произведений самого Н. А. Ярошенко. Всего из калужских усадеб поступило 135 произведений русской и западноевропейской живописи, скульптуры — 20, бронзы — 36, рисунков и акварелей русских и иностранных художников — 88, гравюр — 589, фотографий, литографий — 1371, фарфора — 108. Наиболее ценная в художественном отношении коллекция западноевропейской оригинальной и печатной графики поступила из имения князей Горчаковых «Борятино». Вместе с произведениями искусства в музей поступали книги, альбомы, художественные журналы из усадебных библиотек. Значительные по своему составу и количеству были библиотеки в имениях «Пройдево» Булычовых, «Полотняный Завод» Гончаровых, «Степановское» Ярошенко, «Ильинское» Остроградских. Поступления из этих библиотек сформировали собрание научной библиотеки музея, которое в 1922 года насчитывало 635 русских и западноевропейских изданий по искусству.18 мая - Международный день музеев 16 мая - Калужский Художественный Музей. Чествование музейных работников. 11 июня - День дарения в Калужском художественном музее.  

В 1918-1920-е годы в музей поступило несколько портретов из собрания знатного польского рода Немцевичей, которое было вывезено в 1915 году из их имения «Скоки» Гродненской губернии в связи с началом Первой мировой войны и после революции осталось в Калуге.В 1920 году из Калужского отделения музейного фонда губмузеем были переданы 32 рисунка и акварели, среди которых были работы как знаменитых, так и неизвестных западноевропейских авторов XVII-XVIII вв. В их числе были работы из коллекции князей Горчаковых, а также собранные губмузеем из других имений Калужской губернии и особняков города. Последнее поступление художественных ценностей из губмузея было в апреле 1922 года в связи с ликвидацией музейного фонда, когда в музей поступила оставшаяся часть хранившихся в нем произведений живописи и графики из частных собраний города , Калуги и дворянских имений Калужской губернии.Важным источником пополнения собрания музея в 1920-е годы, стали поступления из ГМФ, а затем из фондов ГТГ. В 1919 года из ГМФ по решению провинциального отдела музеев Наркомпроса поступило 16 живописных и графических произведений: это были этюды, эскизы, карандашные рисунки, офорты Г. Г. Мясоедова, А. В. Средина, К. А. Коровина, Е. С. Кругликовой, В. Д. Фалилеева и ряда других художников. До 1924 года Художественный музей существовал в качестве самостоятельной музейной единицы, в 1924 году, наряду с остальными калужскими музеями, вошел в состав так называемого Калужского Объединенного Музея, превратившись в отдел последнего.Одним из наиболее значительных поступлений была передача из ГМФ в мае 1925 года 32 произведений русской и современной авангардной живописи и графики. Это были картины, акварели и рисунки таких выдающихся художников, как А. Н. Бенуа, С. А. Виноградов, А. В. Лентулов, П. И. Петровичев, М. В. Добужинский, Г. Б. Якулов, и ряда других. Первым директором музея стал художник, выпускник Императорской Академии художеств Всеволод Николаевич Левандовский (1884—1935)гг., благодаря усилиям которого в 1926 года при музее был создан калужский филиал Ассоциации художников революционной России (АХРР), благодаря чему функционировала изостудия и периодически устраивались выставки. В довоенные годы художественный отдел и музей был одним из центров культурной жизни Калуги.В 1928 году в музей для пополнения собрания русского искусства были переданы 15 произведений русской живописи и графики из Государственной Третьяковской галереи, в том числе этюды Исаака Ильича Левитана, офорты и рисунки И. И. Шишкина, М. А. Врубеля, четыре этюда В. Э. Борисова-Мусатова, пастель Н, К. Рериха, картины К. А. Коровина и В. Д. Поленова. В 1929 г. в музей были переданы из фондов ГТГ 42 работы Д. А. Щербиновского. Раздел русского искусства XVIII—начала XX вв. — наиболее целостная часть собрания. XVIII столетие представлено портретной живописью, в основном, кисти неизвестных мастеров. Торжественно-величав парадный портрет вице-адмирала П.Г.Кашкина. Портрет Г.П.Бахметева, калужского предводителя дворянства, несколько статичен, но уже с явными признаками психологической характеристики. И совершенен по живописному мастерству и глубине психологической характеристики портрет А.Г.Кашкиной.

Особое место в собрании отечественного искусства занимают произведения иностранных художников, созданные в России, то девять пастельных портретов, выполненных К.В.Барду, немецким художником.Значительно пополнилось собрание произведений западноевропейской живописи музея в 1934 году. Из фондов Эрмитажа были переданы 18 картин итальянских, голландских, фламандских, английских художников, в том числе произведения Паоло Кальяри, Яна Веникса, Франса Франкена I, Д. ван дер Лиссе, Джорджа Доу и ряда неизвестных художников.В 1927 году музей, ставший в 1924 году отделом Калужского государственного областного музея, из дома Никанора Ивановича  Васильева был переведен во флигель городской усадьбы Золотаревых–Кологривовых. В 1929 году Калужская губерния была упразднена, а ее территория была распределена между Московской областью и западными областями. В 1934 город Калуга вошла на правах районного центра в состав Тульской области. Другим выдающимся руководителем музея был М.М. Днепровский, возглавлявший отдел, а затем музей с 1937 по 1960 годы Он был первым в истории музея искусствоведом.В 1939 года художественный отдел был вновь преобразован в Калужский городской художественный музей и передан в систему Комитета по делам искусств.

Во время Великой Отечественной войны коллекции музея вывезти не удалось, значительное количество произведений из собрания было утрачено. Сотруднику музея Николаю Михайловичу Маслову удалось сохранить часть музейной коллекции, спрятав ящики с бесценными произведениями искусства.

Осенью 1944 года музей вновь открылся для посетителей. Фонды начали пополняться новыми экспонатами. С 1944 года музей носит современное название: "Калужский областной художественный музей".В 1939 году художественный отдел был снова преобразован в самостоятельный музей, но оставался во флигеле усадьбы Золотаревых — Кологривовых, в главном здании которой находился краеведческий музей. Воссоздание музея способствовало расширению его собрания. В этом же году был создан отдел советского искусства, коллекция которого начала складываться еще в начале 1920-х годов. Одним из источников ее формирования были выставки калужских художников, которые устраивались в музее, почти ежегодно начиная с 1923 года, лучшие работы с них приобретались музеем. В 1925 году к ним добавились произведения современных русских художников, созданные в первые годы советской власти, которые были переданы из ГМФ. После создания отдела советского искусства музей начинает активно приобретать произведения современных советских художников, прежде всего работы, отмеченные художественной критикой, таких художников, как И. А. Соколов (№ 127, № 128), Н. А. Павлов (№ 120), и ряда других авторов. Иным источником пополнения этой коллекции были дары как калужских, так и других современных советских авторов.В 1939 году в Калужском городском художественном музее было три отдела: русского искусства XVIII-XX вв., советской живописи и графики, отдел западноевропейского искусства XVI-XIX вв. На 1 октября 1941 г. оно включало: произведений русской живописи — 173, советской живописи — 50, западноевропейской живописи — 103; скульптуры русской — 24, скульптуры западноевропейской — 32; графики 1362, в том числе русской оригинальной графики 61, советской печатной и оригинальной графики — 164, западноевропейской оригинальной и печатной графики — 1165; произведений декоративно-прикладного искусства — 219, Собрание библиотеки в октябре 1940 г. состояло из 404 изданий (779 томов) книг, альбомов и журналов на русском, немецком, французском, итальянском и английском языках. Приведенные цифры показывают, что музей обладал небольшим, но ценным собранием. Находившиеся в нем произведения живописи и графики позволяли довольно полно показать развитие русского и западноевропейского искусства XVI-XX вв., музей мог проиллюстрировать на примере произведений из своих коллекций различные художественные направления и стили в искусстве

Конечно, Калужский художественный музей, как и все советские музеи, за время своего существования имел и потери. Несколько наиболее ценных работ в 1920-1930-х годы были изъяты в музейный фонд, несколько картин и эскизов переданы в Боровский музей Калужской области.В 1928-1934 годы государством проводилась акция по реквизиции художественных ценностей из музеев страны. В феврале 1930 году «ударная бригада НКП» отобрала шесть лучших произведений из собрания музея.  В это число попали следующие произведения: бронзовая статуэтка Вольтера Ж. А. Гудона (№ 35/21), отлитая П.Ф. Томиром по поручению автора для русской императрицы Екатерины II. После продажи ее с аукциона в 1852 г., устроенного по инициативе Николая I, она была куплена графом А. П. Шуваловым. Затем в качестве приданого за его дочерью редукция1 перешла к Н. И. Булычову, предводителю калужского дворянства. Из собрания графов Шуваловых происходила картина А. Ватто «Пейзаж с водопадом» 1715 г.(№ 199/ 843). Были отобраны для продажи копия с картины Рембрандта «Ночной дозор» неизвестного голландского художника XVII в. (№ 200/ 306), рисунок неизвестного немецкого художника XVI в. (№ 266/14), которые происходили из коллекции князя С. Д. Горчакова. Из коллекции НиканораИвановича Васильева — пастельный портрет графини М.-Ж. Дюбарри французского художника XVIII в. Ж. Жули (№ 32/54), а также альбом гравюр (№ 338). В ноябре 1930 г. эти произведения были вывезены в город Москву в антикварный экспортный фонд. Позднее картина. А Ватто оказалась в собрании Эрмитажа (ГЭ. № 7766), а местонахождение остальных произведений неизвестно.Самый сильный урон собранию музея нанесла Великая Отечественная война. Калужский областной художественный музей входит в число наиболее пострадавших музеев России во время немецко-фашистской оккупации, так как он потерял одну треть своего собрания.

В первый месяц войны музеи еще работали, но в сентябре 1941 года с приближением фронта оба музея (художественный и краеведческий) были закрыты для посещения, экспонаты были упакованы в ящики и подготовлены к эвакуации. Собрание музея, несмотря на все усилия сотрудников, эвакуировать не удалось. Сотрудник художественного музея Николай Михайлович Маслов в своих воспоминаниях писал, что за три дня до занятия города немецкими войсками, когда началась спешная эвакуация, два музея, краеведческий и художественный, просили хотя бы один вагон на два музея для вывоза самого ценного, но в последний момент им было отказано. «Все было оставлено на произвол судьбы», — так оценил тогдашнее трагическое положение музея Николай Михайлович Маслов. Советские и партийные органы, руководившие эвакуацией, не приняли должных мер к спасению культурных ценностей из собрания калужских музеев, которые являлись национальным достоянием.

Судьбу музея в период оккупации разделил научный сотрудник художественного музея Николай Михайлович Маслов (1890-1967), который был свидетелем происходивших в нем событий. С июля 1941 г. в связи с призывом в действующую армию директора музея М. М. Днепровского на него были возложены его обязанности. Именно ему музей обязан многими сохраненными произведениями. Находясь в сложном положении, иногда с риском для жизни, он делал все, что мог. В последующих своих отчетах и воспоминаниях он описал положение музея в этот период, утрату многих произведений искусства.

Оккупация Калуги продолжалась 79 дней — с 13 октября по 30 декабря 1941 года. В первый же день после захвата города, 13 октября 1941 года, помещения обоих музеев, располагавшихся в одном из лучших зданий города, памятнике архитектуры начала XIX в. — городской усадьбе Золотаревых — Кологривовых, были заняты немецкими войсками. Вначале здесь расположился штаб 13-го немецкого армейского корпуса из состава 4-й полевой армии 4-й танковой группы, войска которой захватили Калугу. С 1 ноября, после ухода штаба в связи с продвижением немцев к Москве, здесь разместилась немецкая комендатура.

17 октября 1941 года, на шестой день оккупации, Николая Михайловича Маслова вызвали в музей для дачи справок и пояснений по собранию музея. Позднее Николай Михайлович писал в своих воспоминаниях об увиденном им в музее: «На хранилище художественного музея висело объявление о том, что находящееся там имущество конфисковано». Вот что он увидел в самом помещении музея: «В двух комнатах, служивших хранилищами музейных ценностей и инвентаря, а также в библиотечной комнате царил невероятный хаос: картины, частью сорванные с подрамников, были перемешаны с рамами, с подрамниками и инвентарем. Ящики письменного стола и шкаф были взломаны. В библиотеке многие из книг были сброшены с полок, ценные гравюры западноевропейских мастеров валялись на полу, истоптанные сапогами. Два немецких офицера, находившихся в хранилищах и рывшихся в картинах, потребовали у меня каталог, спросили о некоторых картинах (автор, название) и нагло выставили вон».

По заявлению немецкого командования собрания обоих музеев, художественного и краеведческого, были конфискованы, а сами музеи по указанию городского головы Н. С. Щербачева слиты в один городской музей. Наиболее ценные экспонаты предполагалось вывезти в Германию, а оставшаяся часть фондов обоих музеев передавалась для города на предмет восстановления музея. Эта часть собрания была разделена на четыре группы: I. Картины для города; II. Картины для продажи; III. Предметы, возвращаемые церквям; IV. Рамы (все картины были вынуты из рам). Вся музейная работа велась под непосредственным наблюдением адъютанта комендатуры лейтенанта Кречмера, в ведении которого находилось имущество обоих музеев.

Николая Михайловича Маслова, как он пишет в своих воспоминаниях, <несколько раз таскали в штаб для дачи пояснений о картинах>. Затем городской голова Калуги Н. С. Щербачев предложил ему остаться на своем рабочем месте в музее как хранителю. Ему выдали от местной комендатуры и управы пропуск на право беспрепятственного прохода на территорию музеев. Николай Михайлович Маслов был единственным из сотрудников художественного музея, привлеченным оккупационным режимом для работы в нем. В краеведческом музее в этот период работали двое сотрудников - В. И. Извеков и М. Е. Шереметьева. Еще в первый свой приход в музей после его занятия немецким штабом в октябре 1941 г. Николай Михайлович Маслов заметил три ящика с картинами, отобранными для вывоза в Германию. На каждом из них стояла надпись: <Gen. Kdo. XIII А. К. Nurnberg>. Как следует из надписи на ящиках, находившиеся в них произведения были отобраны, видимо, командующим 13-м армейским корпусом генералом Г. Фельбером для отправки в Нюрнберг, где находилось управление корпусного округа и где жил командующий. Скорее всего, эти произведения предназначались для личной коллекции генерала. Захватив Калугу, генерал пехоты Г. Фельбер со своим штабом расположился в лучшем здании города, где находились два калужских музея. Во флигеле, где помещался художественный музей, оккупанты нашли ящики с подготовленными к эвакуации произведениями искусства, и генерал по праву завоевателя приказал распаковать ящики и отобрал для себя понравившиеся картины. Им были отобраны 16 произведений итальянских, голландских, фламандских, французских художников XVI-XIX вв., в основном натюрморты, пейзажи, религиозные и жанровые картины; а также 233 гравюры и 23 рисунка западноевропейских мастеров. Среди отобранных полотен были и произведения русских художников XIX в.: салонный портрет молодой девушки работы художника А. Н. Мокрицкого, картина неизвестного художника середины XIX в. <У фонтана>, поздний романтический пейзаж Л. Ф. Лагорио, две работы Н. А. Ярошенко - <Курсистка> и <Дама с кошкой>, ню Д. А. Щербиновского и даже пейзаж современного калужского художника В. Н. Левандовского. Отобранные картины были сняты с подрамников и, свернутые в трубку, упакованы в ящики. Как правило, на картинах, отобранных специалистами айнзацштаба к отправке в Германию, ставились инвентарные номера, а произведения, отобранные для вывоза в Нюрнберг, таких номеров не имеют. Все произведения сотрудниками зондеркоманды тщательно упаковывались, а при упаковке этих работ не были соблюдены самые элементарные правила, в результате чего картины сильно пострадали. Отобранные произведения искусства обычно сразу же вывозились. И не в Нюрнберг, а в Вильно, где был сборный пункт и куда свозились культурные ценности из ближайших к Калуге областей, например из Смоленска. А эти хранились в музее, ожидая, когда <новый владелец вспомнит о них и вывезет>. Тот факт, что Калуга выпала из поля зрения сотрудников оперативного штаба А. Розенберга, подтверждается тем, что сохранилась часть инвентарных книг, фотографий, научный архив музея, которые всегда вывозились зондеркомандами вместе с произведениями искусства. Калуга как районный центр не была включена в список советских городов, где имелись художественные ценности. К тому же это был начальный период оккупации СССР, а деятельность зондеркоманд полностью развернулась только к 1942 г., поэтому произведения искусства из калужского музея командующий 13-м армейским корпусом рассматривал как свою "военную добычу".

Забегая вперед, надо сказать, что когда 20 декабря 1941 г. началось внезапное наступление советских войск, Николай Михайлович Маслов и В. И. Извеков сделали все, что могли в данной ситуации. Три ящика с приготовленными к вывозу картинами задвинули в дальний угол и завалили всяким хламом, чтобы они не попались оккупантам на глаза. Солдаты в спешке отступления не заметили спрятанные ящики, и так благодаря мужеству и находчивости Николая Михайловича Маслова и В. И. Извекова удалось спасти и сохранить эти произведения для музея.

Если часть произведений из собрания музея была присвоена немецким генералом, то судьба других произведений была определена немецкой комендатурой. По ее указанию была устроена распродажа произведений из собрания музея. Городской управе было разрешено для пополнения городского бюджета продавать некоторые картины, не имеющие музейного значения, немецким офицерам и солдатам с выплатой ими денег в городскую казну. Цены брали по инвентарным книгам музея и переводили на немецкие марки. По указанию германского оккупационного режима одна немецкая марка приравнивалась к десяти советским рублям. Николаю Михайловичу Маслову было предложено заняться отбором работ для продажи из части собрания художественного музея, оставленной для города. Как истинный патриот, он поставил себе задачу сохранить по возможности для Калуги как можно больше музейных ценностей, но, несмотря на все его усилия, значительная часть собрания была утрачена. По данным Николая  Михайловича Маслова, для распродажи было выставлено произведений из собрания музея на несколько тысяч рублей. В результате распродажи, устроенной оккупационным режимом, были раскуплены фактически за гроши лучшие произведения из собрания музея.

Наибольший интерес у «покупателей» вызвала западноевропейская живопись и графика. В результате были утрачены 48 произведений западноевропейских художников, что составляет почти 50 % от общего количества коллекции западноевропейской живописи. Среди утраченных работ наиболее ценными являются: картина К. Чиньяни, натюрморт неизвестного голландского художника XVII в. (в музее считалась работой Босхарта), полотно Ф. Франкена I «Пир в Кане Галилейской», пейзажи неизвестного художника школы Ваувермана, С. Роза, Э. Ф. В. Делакруа, произведения Д. ван дер Лиссе «Нимфы», Т. Фора «Лошадь в конюшне», Ж. Р. Браскасса «Коровы, коза и собака» и несколько небольших, но типичных для своей национальной школы работ голландских художников XVII в. Среди утраченных произведений были и картины, переданные из Эрмитажа.

Из отдела западноевропейской оригинальной и печатной графики оказались утраченными 22 акварели и рисунка западноевропейских мастеров, в том числе работы А. Турки, П. Поттера, Я. Порселлиса и ряда других, а также 396 гравюр, в том числе 96 — Д. Б. Пиранези, 27 — Ж. Калло, одна гравюра А. Дюрера, две гравюры Ф. Бартолоцци и др. Среди утраченных гравюр было 46 работ, еще не включенных в музейные инвентарные книги. Собрание печатной графики в музее было весьма значительное, но из-за маленького штата сотрудников музея работа по описанию гравюр шла медленно, поэтому среди утраченных произведений оказались еще не прошедшие инвентаризацию.

Сильно пострадал отдел русской живописи. Пропали 42 картины русских художников. Среди утраченных произведений наиболее ценными и значительными в художественном отношении были пейзажи И. К. Айвазовского, В. Д. Орловского, два этюда И. И. Левитана, портрет Н. А. Ярошенко, два этюда Н. Н. Дубовского, два пейзажа И. И. Шишкина, работы В. Д. Поленова, С. А. Виноградова, И. М. Прянишникова, П. И. Петровичева, этюд В. Э. Борисова-Мусатова. В это время были утрачены 13 рисунков русских художников XIX в., в том числе работы И. И. Левитана, В. Д. Поленова, П. П. Соколова, Н. Е. Сверчкова, А. К. Беггрова и др. Пострадал также и отдел советского искусства, откуда пропали 20 работ советских художников. Из собрания скульптуры было утрачено две работы неизвестных авторов, видимо, купленные немецкими офицерами.Если часть собрания зарубежного искусства была распродана, то многие произведения русской и советской живописи и графики просто погибли во время хаоса и беспорядка оккупационного периода, иногда были порваны или затоптаны на полу сапогами, как пишет об этом Николай Михайлович  Маслов.

Несмотря на внешне цивилизованную продажу произведений искусства из собрания музея, устроенную немцами, музей в период оккупации фактически подвергся разграблению. Так как штаб немецкой армии, а затем комендатура располагались в музейных зданиях, то многие предметы из собрания музея были использованы для бытовых нужд немецкой армии и комендатуры, солдатского общежития. В частности, коллекция русского и западноевропейского фарфора XVIII-XIX вв. из собрания музея была использована как столовая посуда для солдат, живших в общежитии, которое располагалось в здании художественного музея. В результате было утрачено 103 предмета русского и западноевропейского фарфора, фаянса, хрусталя. В основном это чайные пары (30 ед.), тарелки (36 ед.), рюмки (10 ед.). По свидетельству Николая Михайловича Маслова, часть коллекции фарфора «была расхищена немцами в первый же момент их прихода, главным образом за счет мелких вещей: статуэток, чашек и т.д.». Очень много коллекционного фарфора было просто разбито. Среди утраченных произведений были изделия русских заводов XVIII XIX вв.; часть фамильного сервиза князей Горчаковых, исполненного по их заказу в Париже в живописной мастерской Фейе (№ 564-568); авторские работы мастеров советского фарфора, приобретенные музеем поштучно (по одной чайной паре из разных сервизов) в специализированном магазине (№ 549-552, 558).

В книге Е. В. Кончина описана неудачная попытка Николая Михайловича спрятать часть фарфора в подвале музея под водопроводными трубами. Вначале все шло хорошо, но, когда в морозы трубы замерзли, эти предметы из фарфора были обнаружены солдатами, чинившими водопровод. Фарфоровые чашки они разбили, а статуэтки присвоили и, видимо, поэтому не доложили о своей находке в подвале, что спасло Николаю Михайловичу Маслову жизнь. Этот эпизод описан Е. В. Кончиным, видимо, со слов В. С. Зотова, который дружил с Николаем Михайловичем Масловым, так как в воспоминаниях и отчете о работе в музее во время оккупации Николаем Михайловичем  Масловым не упомянут. В этих условиях разграбления музея Николай  Михайлович Маслов с риском для жизни пытался хоть что-нибудь спасти.

Пострадала и ценная коллекция мебели XVIII-XIXBB. Она была использована для нужд немецкого штаба, комендатуры и солдатского общежития, часть оказалась поломана, немало мебели пошло на растопку печей. Значительный ущерб был нанесен специализированному музейному инвентарю, в том числе пропало 39 рам, из них — 5 старинных с резьбой XVIII-XIX вв., 14 рам XIX в. золоченых и бронзированных с лепным декором, 3 — дубовые. Ущерб был нанесен научной специализированной библиотеке музея, где было собрано много книг и журналов по искусству, старинных альбомов XVIII-XIX вв. Пропало 64 книги, в том числе ценные издания по искусству XVIII-XIX вв., являвшиеся библиографической редкостью. Оставшаяся часть их была перемешана с библиотекой краеведческого музея. Часть книг из библиотеки была найдена на свалке и возвращена в музей. Частично пострадал научный архив, во время разгрома музея пропала часть инвентарных книг и фотографий. Советские и русские книги, документы архива, видимо, пошли на растопку печей, а западноевропейские издания и альбомы гравюр были вывезены.

Сразу же после освобождения города Калуги от немецко-фашистской оккупации помещения музея и экспонаты были найдены сотрудниками музеев в следующем состоянии: «...Помещения повсюду засорены всякого рода мусором, грязной бумагой, пустыми бутылками, банками из-под консервов и пр. Стекла в окнах частично выбиты, замки большей частью сломаны. Музейные экспонаты находятся в беспорядочном состоянии, витрины разбиты и стекла разбросаны по полу, много вещей попорчено, перебито, частично расхищено».

Уже 1 января 1942 года Николай Михайлович Маслов и другие сотрудники приступили к разбору и приведению в порядок фондов разгромленного музея. Сохранившиеся произведения были перемешаны с экспонатами краеведческого музея, что усложняло работу по их разбору. Была проведена полная инвентаризация всего сохранившегося музейного фонда,  которая была завершена только к 7 апреля 1942 года и только к  22 декабря были составлены и поданы в Чрезвычайную государственную комиссию по расследованию злодеяний немецких захватчиков и в комитет по делам искусств при СНК СССР сводные списки произведений искусства, пропавших во время оккупации города. В них зафиксирована утрата произведений живописи — 104 (одно — из собрания ГТГ), графики — 441, скульптуры — 2, фарфора — 916, книг — 64,       мебели — 46, предметов спец инвентаря (рамы и другое оборудование) — 50. Много произведений искусства, мебели было испорчено и требовало реставрации. Здание музея было повреждено и требовало ремонта. Ущерб, нанесенный музею, исчислялся в общей сумме 179 342 рубля.

В отличие от других музеев России, пострадавших во время немецко-фашистской оккупации и утративших часть своих художественных ценностей, произведения искусства из Калужского художественного музея не были централизованно вывезены ведомством А. Розенберга, а разошлись по частным владельцам в результате фиктивной распродажи и просто грабежа. Наверное, командующий 13-м армейским корпусом, отобрав для себя понравившиеся ему произведения, великодушно разрешил офицерам своего штаба взять картины и для себя. Оставшаяся часть собрания была выставлена на продажу решением комендатуры. Так как документы, фиксирующие факты продаж, не сохранились, то мы не можем установить, какая работа была «куплена», а какая просто взята каким-либо офицером из штаба 13-го армейского корпуса или офицером, служившим в комендатуре и других тыловых частях, находившихся в городе. Но уже сейчас можно назвать несколько возможных владельцев похищенных из музея произведений. Это комендант Калуги майор Ф. Портациус; его адъютант лейтенант Кречмер, в ведении которого находилось имущество обоих музеев; Др. фон Шреттер, начальник хозкоманды комендатуры. Как вспоминал Николай Михаилович Маслов, который занимался разборкой экспонатов музея, ключи от хранилища после окончания работы он сдавал лейтенанту Кречмеру. Придя на следующий день в музей, он снова находил работы лежащими в беспорядке: немцы в его отсутствие рылись среди картин и гравюр, отбирая себе понравившиеся произведения. Это свидетельство Николая Михайловича Маслова подтверждает тот факт, что часть произведений из собрания музея была просто растащена. Если утраченные в период оккупации произведения физически сохранились, то некоторые из них могут находиться в частных коллекциях потомков офицеров 13-го армейского корпуса и офицеров, служивших в комендатуре и в 278-й части оккупационных войск, расположенных в Калуге.

Но одну картину немцы в спешке отступления забыли. Ее нашла и передала в музей владелец квартиры по улице С. Перовской, 33, М. П. Дмитриева, вернувшаяся в освобожденный город 19 марта 1942 г. Как указано в акте приема, ею была обнаружена картина художника Л. Ф. Лагорио «Пейзаж» в золоченой багетной раме, «...оставшаяся после германской оккупации и неизвестно кому принадлежащая».

После освобождения города в течение 1942 года, 1943 года и первой половины 1944 года музей находился в состоянии консервации. Наиболее ценные экспонаты, оставшиеся после разграбления музея во время оккупации, в августе 1942 года были временно эвакуированы в  город Тулу из-за близости линии фронта, где хранились в Тульском областном художественном музее. Оставшаяся часть собрания музея и библиотека временно находились в запасниках краеведческого музея, так как с 1942 года помещение художественного музея было занято воинскими частями, а затем — госпиталем и школой. Штат музея был сокращен, оставшиеся сотрудники занимались инвентаризацией, затем культурно-массовой и научно-исследовательской работой. 5 июля 1944 года была образована Калужская область. В связи с этим изменился статус музея, и он стал именоваться Калужский областной художественный музей. В августе 1944 года музею было возвращено помещение, и началась подготовка к его открытию: ремонт помещений и специального музейного оборудования. В октябре 1944 года были возвращены из города Тулы эвакуированные туда произведения из собрания музея. Началась реставрация произведений, промывка скульптуры, подготовка новой экспозиции. Музей вновь был открыт для посетителей 7 ноября 1944 года. Экспозицию открывал стенд «Разграбление немцами художественного музея», включавший фотографии и комментирующие их тексты, показывавшие тот значительный ущерб, который был нанесен ему немецко-фашистской оккупацией. Снимки были сделаны Николаем Михайловичем Масловым.

После окончания войны стали появляться сведения о некоторых утраченных произведениях. Так, в 1950 году в пятом номере журнала «Искусство» была опубликована статья A. И. Замошкина «Произведения русских художников в Польше». В качестве иллюстрации был приведен этюд Н. А. Ярошенко «Старик», в котором директор Калужского художественного музея М. М. Днепровский опознал утраченный во время оккупации этюд Н. А. Ярошенко «Старик-нищий». Теперь он находится в собрании Национального музея в Варшаве. Видимо, он был завезен туда кем-то из немецких офицеров, а после войны найден и передан в музей.

Отдельные произведения, пропавшие во время оккупации, теми или иными путями оказались в частных коллекциях на территории СССР. Так, утраченный во время оккупации этюд И. И. Левитана «Снопы» «всплыл» в 1960 году на юбилейной выставке произведений И. И. Левитана, проходившей в ГТГ в связи со столетним юбилеем художника. Этот этюд стал собственностью ленинградского коллекционера Б. Н. Грибанова.

Только в последние годы благодаря усилиям отдела культурных ценностей Федерального агентства по культуре и кинематографии Министерства культуры и массовых коммуникаций Российской Федерации встал вопрос о реальных поисках и возможности возвращения утраченных произведений из собрания музея. В связи с этим сразу же возникла проблема уточнения авторства произведений иностранных художников, утраченных во время войны. Дело в том, что в довоенный период произведения из собрания музея были недостаточно изучены. Объективно это связано с развитием искусствознания в тот период, а также с профессиональными возможностями сотрудников провинциального художественного музея, среди которых не было ни одного искусствоведа. Научными сотрудниками и директорами музея были профессиональные художники: в 1920-1921 гг. директором был B. Ф. Гнеденко, окончивший в 1911 году Мюнхенскую академию художеств. В ноябре 1921 года на этой должности его сменил В. Н. Левандовский (1884-1935), выпускник Петербургской академии художеств, ученик П. П. Чистякова. В 1924 году, в связи с ликвидацией самостоятельности музея, он занимает должность заведующего художественным отделом КГКМ вплоть до своей смерти в 1935 г. В 1921-1923 гг. музее в должности научного сотрудника работал А. В. Фадеев (1878-1942)гг., выпускник Строгановского художественно-промышленного училища. В 1935-1937 гг. художественный отдел возглавляет Л. Е. Межеков (1890-1965)гг., художник, ученик В. Н. Левандовского и А. В. Фадеева. В 1937 г. заведующим художественным отделом, а с 1 августа 1939 г. — музеем становится М. М. Днепровский (1897-1983), художник, получивший искусствоведческое образование только в 1953 г. В довоенный период именно эти люди занимались изучением коллекций музея, вопросами атрибуции произведений. Степень изученности собрания определялась их знаниями и профессионализмом. Но для провинциального музея на тот период времени это был еще не худший вариант решения кадрового вопроса.

По этим причинам некоторые произведения были неправильно атрибутированы и вошли в довоенные инвентарные книги с неверными именами и неточными сюжетами. В первую очередь это касается работ иностранных художников, имена которых иногда были неправильно прочтены и вносились в инвентарные книги с искажениями. Некоторые из них оказались утраченными во время оккупации.

В инвентарной книге гравюр за 1926-1945 годы встречаются неточности и ошибки в переводе с иностранных языков фамилий и имен граверов и авторов оригиналов, а также неточности в описании произведений, которые были установлены в ходе работы с сохранившимися гравюрами. Все это усложняет работу по восстановлению коллекции печатной графики.

Реконструкция утраченной части собрания была проведена на основе документов, сохранившихся в научном архиве музея. Это материалы по описанию экспозиции и составу фондов довоенного периода, инвентарная книга живописи и графики за 1938 г., инвентарная книга гравюр за 1926 год, акты и списки экспонатов музея, пропавших за время немецкой оккупации, несколько сохранившихся фотографий, а также путеводитель и каталог музея, изданные в 1929 года Таким образом, опираясь на имеющиеся материалы и источники, современный уровень развития искусствознания, новые данные о жизни и творчестве русских и западноевропейских художников, удалось реконструировать утраченную часть собрания музея.

Сохранилось очень мало фотографий с утраченных работ. Большую помощь в воссоздании их изображения оказывает использование новых технологий. С помощью компьютера удалось установить изображения нескольких утраченных произведений с единственной сохранившейся фотографии части экспозиции отдела русского искусства второй половины XIX в., в частности картины В. А. Голынского «Рыбная ловля». Наиболее значительными экспонатами коллекции музея являются иконы XVI-XVII вв., портреты отечественных и иностранных художников первой половины XIX в., образцы западноевропейской живописи и графики XVI-XIX вв., коллекция русской деревянной скульптуры XVI-XIX вв.  Широко представлено творчество Н.А.Ярошенко из коллекции усадьбы брата художника.
Основные экспозиции — иконы XVI–XIX веков, русская и западноевропейская живопись.

В ходе подготовки каталога были установлены имена некоторых авторов утраченных работ; уточнен состав произведений по национальным школам; выявлены атрибутивные данные утраченных работ (авторские подписи и надписи, особые пометки на рамах и холстах, техника, размеры). Все это поможет при идентификации утраченных произведений.

Владельческие знаки музея и инвентарные номера, простые или состоящие из числителя и знаменателя, ставились на подрамниках. Атрибутивными приметами могут быть пометки на подрамниках (если они сохранились), сделанные в музее, а именно: сокращенные владельческие знаки музея: «КХМ» с инвентарным номером или оттиск штампа «Калужский художественный музей» с инвентарным номером (фото 16), сохранившиеся остатки этикеток коллекции Никанора Ивановича  Васильева. Но часто холсты срывались с подрамников. В этом случае единственными атрибутивными приметами этих произведений могут быть: размеры, материал, техника, авторские подписи, надписи на обороте холстов. На оборотной стороне произведений из коллекции Никанора  Ивановича Васильева может быть оттиск его личной печати; на обороте холстов произведений живописи и графики, переданных из Москвы из ГМФ, — бумажная квитанция с оттиском печати ГМФ и номером, но иногда печать и номер ставились прямо на холст.

Важной атрибутивной приметой для произведений русской и западноевропейской оригинальной и тиражированной графики является оттиск печати Калужского губернского подотдела по делам музеев и охраны искусства на оборотной стороне листа, так как все поступления в музей осуществлялись через подотдел по делам музеев, который вывозил художественные ценности из имений Калужской губернии. Подобная печать встречается довольно часто на многих рисунках и акварелях, сохранившихся в собрании.

Акварели, гуаши, иногда и рисунки из этой коллекции имели золотую или черную рамку вокруг изображения. Все детали этого оформления оригинальной графики видны на сохранившихся в музее экземплярах.

На произведениях печатной графики на оборотной стороне гравюр стоит штамп музея с инвентарным номером. На гравюрах из коллекции князя С. Д. Горчакова на лицевой стороне (реже на оборотной) — на полях часто встречаются владельческие надписи на французском языке, исполненные чернилами или карандашом, которые видны на сохранившихся работах из этой коллекции. В надписи указано имя автора, название произведения и другие данные, уточняющие авторство работы.

На утраченных книгах, альбомах из библиотеки музея стоит оттиск штампа «Калужский художественный музей» с инвентарным номером. Атрибутивной приметой книг и альбомов из библиотеки князей Горчаковых является оттиск фамильной печати на книгах, происходивших из библиотеки имения «Борятино», и экслибрис князя С. Д. Горчакова. Подобные оттиски владельческих печатей и экслибрисов могут быть на изданиях по искусству и альбомах, происходивших из других городских и усадебных библиотек, поступивших в музей в 1918-1920-е гг.Многие рисунки из коллекции князей Горчаковых были оформлены в паспарту из картона с тиснением по краям, с оборотной стороны оно было обклеено бумагой. На некоторых паспарту встречается маленькая сургучная печать красного цвета. Эти паспарту фирменной французской работы XIX в.

В инвентарной книге библиотеки источники происхождения книг не указаны, о них можно судить только по владельческим знакам.

Изучение довоенного собрания музея началось с составления каталога-реконструкции коллекции калужского коллекционера и мецената Никанора Ивановича Васильева, положившей начало собранию нашего музея. Из его коллекции во время оккупации было утрачено 42 живописные и графические работы. Реконструкция утраченной части коллекции живописи и рисунков из собрания князя Д. С. Горчакова проведена М. В. Зверевой. В 1969 г. музею было передано главное здание городской усадьбы Билибиных-Чистоклетовых, выдающийся памятник архитектуры начала  XIX в., который отнесен к объектам культурного наследия федерального значения. К настоящему времени музей занимает почти весь комплекс городской усадьбы. Калужский областной художественный музей является организацией регионального: областного или краевого подчинения.
Основные виды деятельности музея: культурно-массовая и исследовательская.

С 1989 по 1997 года в здании музея проводилась реставрация. 26 июня 1997 года музей открыл для посетителей обновленную  экспозицию.

Музей имеет филиалы: Тарусскую и Ульяновскую картинные галереи и является методическим центром для художественных галерей области. Основные виды деятельности музея: культурно-массовая и исследовательская. В настоящее время музей хранит более десяти тысяч произведений живописи, графики, скульптуры и декоративно-прикладного искусства. Более двухсот из них экспонируются в залах древнерусского, русского и западноевропейского искусства. При музее работает детская художественно-эстетическая студия. Программа студии включает тематические занятия в залах музея и творческую работу по лепке и рисунку. Занятия проводятся 2 раза в месяц с 1 октября по 1 июня. В студию принимаются дети от 6 до 10 лет. Занятия платные. При музее есть также лавка, где вы сможет купить репродукции понравившихся вам картин из музея. В музее работает детская художественно-эстетическая студия.                                                   

  Калужский Коллекционер  и  Меценат Никанор  Иванович Васильев и его художественное собрание

К истории создания в Калуге художественного музея  обращались многие исследователи, которые в своих работах с разной степенью подробности касались отдельных сторон биографии Никанора Ивановича Васильева, формирования его коллекции  и его меценатства. По вновь найденным источникам удалось установить новые факты из биографии  Никанора Ивановича  Васильева и истории  формирования его коллекции.

Никанор Иванович Васильев родился в городе Калуге 27 ноября(8 декабря) 1832 года в семье вольноотпущенного крестьянина Ивана Васильевича Васильева и в тот же день был окрещен в Благовещенской церкви, в приходе которого жила  его семья Его отец был крепостным мещовского помещика штабс-капитана Никанора Ивановича Давыдова. В 1832 году Иван Васильевич Васильев со всей семьей получил вольную со льготой до 1836 года и поселился в городе Калуге.   В 1833 году Иван Васильевич Васильев был записан в калужское мещанство, а в 1838 году поступил фельдшером в больницу при Калужском Благородном пансионе. Это позволило ему выйти из податного мещанского сословия. Состоять на государственной службе даже в небольшом чине для бывшего крепостного-это значительный  шаг вверх по социальной лестнице в государстве с жесткой системой бюрократической  иерархии.

Служба отца предопределила профессиональный выбор  его сыновей, старший их которых, Никанор после окончания Калужской гимназии(1841-1851),поступил в Императорский  Московский  университет  на медицинский факультет. В 1856 году Никанор Иванович окончил с отличием университет  и был утвержден в степени лекаря и звании уездного врача. После окончания университета Никанор Иванович вернулся на родину и здесь начал трудную, но благородную деятельность уездного врача сначала в городе Жиздре, а потом в городе Медыни и в городе Боровске Калужской губернии.

В 1858 году  Никанор Иванович  Васильев дополнительно сдал экзамен на звание акушера в Императорском Московском университете. Почти десять лет прослужил Никанор Иванович городовым врачом  и акушером в калужских уездных городах. За это время он обратил на себя особое  внимания «усердием и ревностным отношениям к службе и науке», что отмечено довольно быстрым продвижением по службе. В августе 1866 года Никанора Ивановича переводят в Херсон на должность акушера врачебного  отделения Херсонского  губернского  правления, а с января 1870 года он назначается помощником инспектора Врачебного отделения. В этой должности он продолжает службу в Ярославле,  куда его перевели в марте 1876 году В период русско-турецкой войны(1877-1878)гг. Никанор Иванович ушел в отставку и служил старшим врачом в Ярославской городской больнице для раненых  и больных воинов, за что был награжден знаком Красного Креста постановлением Главного управления Общества попечения о раненных и больных воинах от 13 марта 1879 года

С июня 1878 года Никанор Иванович вновь продолжал государственную службу  в Нижнем Новгороде в качестве помощника инспектора Врачебного отделения Нижегородского губернского правления.21 марта 1880 г.  Никанор Иванович был всемилостивейше пожалован «за ревностную службу» орденом Святого Станислава III  степени. Прослужив еще несколько лет в этой должности, Никанор Иванович в 1889 года окончательно  ушел в отставку с чином статского советника(5-й класс по «Табели о рангах»). С тех пор он занялся частной медицинской практикой, служил консультантом в частных клиниках, выступал со статьями на медицинские темы в газетах и журналах. За этой внешней жизнью чиновника и  врача, отражённой в формулярном списке чинами и наградами, была другая жизнь – жизнь коллекционера, любителя искусств, вехами в которой были новые приобретения в его собрании.                     

Неудивительно, что Никанор Иванович увлекся  коллекционированием. Этому способствовала сама атмосфера культурной жизни России второй половины XIX века: проходили различные художественные выставки, которые давали возможность приобретения произведений искусства; существовал широкий художественный антикварный рынок; становились доступными для обозрения различные частные собрания, крупнейшее  из которых П.М.Третьякова по воле владельца, было превращено  в публичную галерею,- все это  не могло не вызвать интереса к искусству. Коллекционирование  было довольно широко  распространено в XVIII -XIX веках среди русской аристократии и дворянства,  во II половине XIX века оно охватило широкие круги  образованного купечества и интеллигенции. К этому кругу коллекционеров принадлежал Никанор Иванович Васильев. Возможность заниматься коллекционированием появилось у Никанора Ивановича только в 70-е годы, когда он стал быстро продвигаться по службе, занимая довольно высокие должности и сочетая службу с частной медицинской практикой. Неизвестно, где и когда Никанор Иванович сделал первые приобретения, но на середину 80-х годов у него  уже была небольшая коллекция русской  живописи, которую видел в 1888 года в городе Нижнем Новгороде молодой художник Василий Андреевич Ликин: « Я осмотрел маленькое собрание картин русских художников (с картинами Айвазовского, как-то особенно почитаемого в провинции художника) у доктора Васильева, старого холостяка, жившего в Холодном переулке»  Из замечания Василия Андреевича Ликина видно, что в собрании Никанора Ивановича Васильева уже была картина И.К. Айвазовского «Лунная ночь на море» и еще около двадцати  картин русской живописи (учитывая датировки  произведений русской живописи, 13 картин  в коллекции было приобретено после 1888 г.). Видимо, начало формирования коллекции можно отнести к концу 70-х-началу 80-х годов. Первоначально внимание Никанора Ивановича Васильева было обращено к современной русской живописи, более доступной для начинающего коллекционера.

Более активный период формирования коллекции наступил после 1889 года, когда Никанор Иванович  вышел отставку  и мог больше времени отдавать любимому увлечению. Во многом этому способствовало нижегородское окружение Никанора Ивановича  Васильева, которое составили незаурядные люди. Это, прежде всего  Андрей Осипович Карелин(1837-1906)гг., выдающийся фотограф своего времени и художник, страстный  коллекционер и любитель старины. Его увлеченность искусством притягивала к нему самых разных людей. Никанор Иванович Васильев высоко ценил талант Андрея Осиповича Карелина как художника и заказ ему свой портрет, который сейчас находится в собрании КОХМ. Был знаком Никанор Иванович Васильев  и с Константином Петровичем Померанцевым (1835 - 1913),художником, учеником Ф.А. Бруни, устраивавшем  у себя дома «понедельники» для художников и просто любителей искусства. Никанор Иванович Васильев мог видеть коллекции нижегородских  коллекционеров-купцов  М.М. Руковишниковых, В.М.Бурмистровых (которые позднее вошли в собрание Нижегородского государственного музея) хотя потому, что был у них врачом.   В доме Бурмистровых познакомился Никанор Иванович с известным  московским коллекционером Петром Ивановичем Щукиным,  приезжавшим на нижегородские ярмарки в начале 90-х годов. Об этой встрече П.И.Щукин писал в своих воспоминаниях: « У Николаевых встречал я только их домашнего врача, старого и ворчливого Никанора  Ивановича Васильева ими до крайности избалованного и пользовавшегося у них громадным авторитетом». Это небольшое замечание П.И.Щукина касается личности самого Никанора Ивановича Васильева.

Общение  с художниками и с такими сведущими коллекционерами,  как, П.И.Щукин А.О. Карелин и рядом других, помогало Никанору Ивановичу в формировании его собственной  коллекции. Именно в 90-е годы он начинает приобретать произведения западноевропейских художников. В 1899 году Никанор Иванович наряду с А.О.Карелиным, К.П.Померанцевым, А.М.Пешковым (Горьким) и еще 40 другими любителями искусств стал членом-учредителем Нижегородского общества любителей художеств, но участия в него  дальнейшей работе не принял, так как будучи уже в преклонном возрасте, в начале 1901 года вернулся в родной город.

В  Калуге в декабре 1901 году Никанор Иванович купил небольшую городскую усадьбу на углу Молотковской улицы  и Титовского переулка (ныне улица Дзержинского,81). Он частично перестроил дом, на первом этаже было отведено помещение для галереи, где он поместил свою коллекцию, что подтверждается планом дома.В начале XX века. Никанор Иванович Васильев продолжает пополнять свою коллекцию: в апреле 1904 в  городе Калуге в здании Дворянского собрания проходила XXXI выставка ТПХВ, где он приобрел два этюда Н.Н.Дубовского. Поселившись в городе Калуге, Никанор Иванович Васильев не порывает своих связей с Нижним Новгородом. В 1903-1905 гг. он снова приезжает в город   Нижний Новгород и приобретает там портрет А.Н.Пусторослевой и, возможно несколько произведений из коллекции А.О.Карелина, который в последние годы, живописные собрания. То, что Никанора Ивановича Васильев приезжал в город Нижний Новгород после 1903 года, подтверждается датировкой портрета  А.Н.Пусторослевой, созданного в 1903 года.

Связи с московскими коллекционерами  позволили Н.И Васильеву принять участие в выставке картин московских  любителей-коллекционеров в 1910 году в городе  Москве, где он представил из своего собрания картину «У каскада» как ранее неизвестное произведение К.П.Брюллова и, возможно, пейзажи И.К.Айвазовского.  В  декабре 1905 года Никанор Иванович Васильев составил завещание, по которому в  его дом, художественная  коллекция и все  имущество передавалась городу в лице земства. По завещанию в доме предполагалось  разметить  общежитие для крестьянских детей Калужской губернии, продолжающих образование в городских школах. Здесь должны были находиться рисовальные и художественно-промышленные классы. При создаваемом художественно-промышленном училище (именно это подразумевалось  под художественно - промышленными классами) Никанор Иванович предполагал организовать, музей, куда передавалась его коллекция.

«Вместе с домом и землею завещаю находящиеся в доме художественные предметы, а именно картины мраморные и бронзовые статуи по особо составленной мною описи, которые должны послужить к устройству художественного музея и при нем художественном-промышленных классов». Содержать художественно - промышленное училище и музей следовало на проценты с завещанного капитала, заключавшегося в ценных бумагах: закладные листы Московского и Нижегородского земельных  банков на общую сумму 76 тысяч рублей и билеты 4-процентной Государственной ренты на номинальную сумму 140 тысяч рублей.

Дом с флигелями был оценен на сумму 20 тысяч рублей. Как видно из текста завещания, Никанор Иванович Васильев не стремился к созданию городского  публичного музея, а  предназначал   свою коллекцию для организации музея в рамках специального учебного заведения для развития художественного образования. Подобная установка при создании музея  нисколько не умаляет заслуг Никанора Ивановича Васильева перед городом, а показывает круг и его интересов и его приверженность  идее руководствовался при основании музея в городе Саратове и художник А.П.Боголюбов.

К завещанию была приложена опись коллекции, собственноручно написанная  Никанором Ивановичем Васильевым, которая позволяет установить, что коллекция была окончательно им сформирована к 1909 года Это датировка основывается на дате 11 июня 1909 года, поставленной на гербовой марке, наклеенной на опись, когда ее заверяли у нотариуса. Опись коллекции, составленная  в 1909 году, была приобщена к завещанию 1905 г. 1917 по ней передавались коллекция от душеприказчика Д.И.Васильева, брата коллекционера, земству. Перечисленные в описи в 1909 года произведения полностью совпадают с поступившими в музей 1918 г. Это подтверждает то, что после  1909 года Никанор Иванович Васильев новых работ не приобретал.

Никанор Иванович Васильев умер в городе  Калуге 20 февраля (по - новому стилю  5 марта) 1917 года в возрасте 84 лет. В эти дни в городе  Калуге проходил 52-й очередной съезд Калужского губернского земского собрания, на котором 21 февраля было оглашено духовое завещание Никанора Ивановича Васильева. Современники с благодарностью приняли этот дар. В соответствии с завещанием Никанора Ивановича Васильева город получал возможность  иметь учебное заведение  художественного профиля, музей и средства на их содержания. Для организации музея передавалась коллекция, которая включала 77 произведений живописи и графики русской и ряда западноевропейских школ, мраморную и бронзовую скульптуру  и фарфоровую пластику, а также  небольшую библиотеку по искусству.  Характер собрания отражал вкус и возможности собирателя. Почти половину живописных работ составляли произведения художников русской школы: И.К.Айвазовского, А.П. Боголюбова, Л.Ф.Лагорио, И.И.Шишкина, В.Е. Маяковского, И.М.Прянишникова и  других.

Западноевропейская часть собрания включала произведения итальянских, французских, голландских, бельгийских, немецких  художников и скульпторов XVI-XIX веков, среди которых были произведения таких художников, как К. Чиньяни, Ж.Б.Бркаскассы, Э.Ф.Делакруа, Р. ван.  Тройена, Э.М. Валле и ряда других. Из всего завещанного это было самым ценным даром городу.

Калужская губернская земская управа в соответствии  с установленным порядком судопроизводства только 09.11.1917 г. была введена во владение завещанным имуществом и могла бы приступить  к организации училища и музея. Но ход исторических событий все изменил. После революции 1917 года воля покойного ничего не значила: дом и коллекция, которые уже были собственностью города в лице земства, были  национализированы, как и капитал, предназначенный  на содержание училища и музея. Из всего задуманного  Никанором Ивановичем Васильевым только одному суждено было осуществиться: его собрание и дом послужили основанием для создания в городе Калуге советской картинной галереи, об открытии которой было объявлено в газете «Калужская правда» от 12 июня 1918 года Это дата считается датой основания художественного музея.

    


03.01.2015
Просмотров (576)


Зарегистрированный
Анонимно